Дипломант конкурса

Категория: Конкурс Опубликовано: 09.01.2018 Автор: Газета Заря

Предлагаем читателям нашей газеты познакомиться с произведением нашей землячки и автора многих публикаций газеты «Заря» Г.А. Маштаковой, которая стала дипломантом международного конкурса «Созвездие духовности» в номинации «Духовность» (за лучшее воплощение темы православия). Поздравляем Галину Абдуловну и желаем дальнейших творческих успехов!

ДОМ НА ОТШИБЕ
рассказ

Так повелось у жителей деревни со странным названием «Дурасовка», что на тяжёлую и непривлекательную работу приглашали они к себе обитателей большого дома, стоящего на краю деревни. Называли их дураками. Называли их так не со зла и по нелюбви к ним, а просто так, с чьей-то лёгкой руки. Произносилось в деревне это слово – «дураки» – снисходительно, даже как-то ласково. Заселялся этот дом на отшибе людьми, которых общество признало недееспособными, то есть не способными выбирать себе судьбу. Одни такими родились, другие такими стали в процессе жизни, третьих таковыми признали по тем или иным причинам.

Главой этого большого дома был главный врач. Он думал обо всём: и как этих «дураков» лечить, и как накормить, и как обогреть, и обо всём остальном. Небольшой персонал этого заведения привычно исполнял свою работу изо дня в день, на жизнь не жаловался и считал своих подопечных почти что родственниками. Да и как не считать, если те проживали здесь годами, а то и десятилетиями. У некоторых были и семьи, и родные. Но получалось так, что сдав на попечение государства мужа, брата, отца или сестру, семьи как-то вскоре забывали о них в своих насущных заботах. Считалось, что раз их там кормят, одевают, то и ничего, ну и ладно. Поначалу, глядишь, и посылка придёт. А там уж как Бог даст. Ко всему привыкает человек. Выбирать не приходится. Вот и выручали друг друга деревенские и «дураки». Огород надо вскопать кому или колодец выкопать, дров наколоть, воды натаскать – зовут «дурака». Но так их называли «за глаза», а обращались по именам и прозвищам, независимо от их возраста. Возраст здесь особого значения не имел, а статус у всех был один.

Обижать их не обижали, за работу всегда накормят. А человек рад – домашней-то пищи хочется, казённое быстро приедается. Иной раз и из одежды что-нибудь отдадут. Опять же радость! А если женщине какое платьишко перепадёт от деревенских – уже счастье! Ей по природе положено наряжаться. А как тут нарядишься, если из казённого выдают одни халаты: летом хлопчатобумажные, а зимой фланелевые. После двух стирок никакого вида не остаётся. Женский труд в деревне тоже был востребован: убрать, помыть, постирать, побелить… Даже за детьми приглядеть приглашали, не за малышами, конечно, а к тем, кто постарше. У каждой хозяйки в деревне была «своя» на примете. Если женщина аккуратная, то и готовить доверяли, и корову подоить. А уж насчёт того, чтобы прополоть и полить огород – и разговора нет, забыли дурасовцы, когда сами этим занимались – всё на «дураках» выезжали.

А вот откуда у села такое название пошло – имеются две версии. Поговаривают, мол, жил здесь некогда помещик по фамилии Дурасов. Но больше склоняются ко второй версии, якобы всё от тех же «дураков». Всё от дома на отшибе с его обитателями.

Хорошие взаимные отношения сложились у тех и других, что бы друг без друга делали! Главный врач такой «взаимовыручке» не препятствовал, относился с пониманием. Требовал только, чтобы забирали больных с его разрешения и не кормили испорченными продуктами.

Вторым лицом после главного врача был завхоз. Звали его все просто – Захарыч. Хороший человек, добрый, фронтовик. Жалел он насельников интерната, не упускал случая угостить чем-нибудь сладким, в кармане всегда к случаю находилась карамелька, пряник ли. А то тайком от жены из дома шматок сала притащит, или солёных огурцов. Правда, любил выпить: придёт с утра на работу уже пьяненький. Но обязанности исполнял чётко, в каком бы состоянии не был. Попробовал было главврач его как-то уволить за это дело, взял другого – непьющего. Но тот так загубил работу, что пришлось срочно возвращать Захарыча. Дело тут же выправилось, дебет с кредитом сошлись в копеечку.

Умирали интернатские также тихо, как и жили. Хоронили друг друга сами, без лишних затрат. Выроют лопатами могилку, сколотят простенький щелястый гроб, зароют товарища, покурят молча и разойдутся. Ни тебе речей, ни рыданий. Подумает каждый про себя, что и его не минует эта участь. Сегодня он вырыл могилу… завтра выроют ему. Родственникам пока сообщат, пока они надумают, соберутся, а человек-то уже в земле лежит спокойно. Приедет запоздалый родственник, посидит на могилке, вздохнёт, раздаст поминальный пирог и уедет.

К смерти «дураки» относились спокойно, без истерики. Терять им было нечего и некого, а Бог всех принимает с любовью, и убогих, и калек.

Последнего схоронили Сашу. Лет двадцать с лишним прожил он здесь. Жена от него отказалась, как только он заболел, и больше не ездили ни она, ни дочь. А ведь работал, был инженером когда-то. Пока жива была престарелая мать, приходили ему посылочки раз в месяц, потом и того не стало. Тихо Саша скончался, незаметно. В начале весны умер, в самую распутицу. Наняли трактор, поставили гроб на прицеп. Едет трактор, а комья грязи со снежным месивом из-под колёс прямо в прицеп летят. Человека три сзади идут, ноги вязнут в грязи, комья летят… Очень уж убивался по нему мальчишка, который с ним в комнате жил. Лет двенадцать ему, Эдиком зовут. Прибился он к Саше, за отца его считал. Сам он сирота, из этой же деревни. Чтобы не определять в детский дом и не увозить далеко, вот его и пристроили. Учится в школе, а живёт здесь. Деревенские новость о Сашиной кончине восприняли с печалью. Если кому надо было выкопать погреб или колодец, нанимали Сашу. Быстро он работал, почти без отдыха. Приходил со своей лопатой и у хозяев ещё одну просил. Когда спрашивали его, зачем ему вторая лопата, пояснял: «Чтобы лопата не устала. Пока одна будет отдыхать, другая будет работать». Жалел лопату, отдых ей давал. А себя не жалел… За работу брал две пачки сигарет и уходил. Вот такая философия, только ему одному понятная. Уважение человек имел к лопате, кормилице. Ближе этой лопаты у него, видно, никого и не было.

Загадка – душа человека. Поди-ка, разгадай! Иной и в хоромах – нищий. А иной и в нищете – богач. Вот и этот дом… Стоит себе на краю села – государство в государстве. Живут в нём божии люди. Гудит мир, кипят страсти, взрываются бомбы… А здесь – тишина.

Просмотров: 488
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter